Дата публикации: 15.02.2012

Часть I – ПНГ – Факты

Попутный нефтяной газ (ПНГ) – природный углеводородный газ, растворенный в нефти или находящийся в т. н. «шапках» нефтяных и газоконденсатных

месторождений. В отличие от природного газа, ПНГ более разнообразен по своему составу. Кроме метана, он обычно содержит (в зависимости от месторождения) этан, пропан, бутан, пары более тяжелых углеводородов. Встречаются в составе ПНГ также неуглеводородные компоненты: сероводород, углекислый газ, меркаптаны, азот, а также благородные газы – аргон, гелий, неон и другие.

Попутный нефтяной газ, по сути, является важным и ценным углеводородным сырьем и для энергетики и для химической промышленности ввиду своей высокой теплотворной способности (от 9000 до 15000 Ккал/кубометр) и разнообразному химическому составу. По возможной экономической отдаче, он уверенно стоит в одном ряду с нефтью и природным газом, хотя продолжительное время бытовало мнение, что это всего лишь побочный продукт нефтедобычи.

В химической промышленности, содержащиеся в попутном газе этан и метан, используются для производства пластмасс и каучука, а более тяжелые фракции служат сырьем при производстве ароматических углеводородов, высокооктановых топливных присадок и бензинов, сжиженных углеводородных газов. Выделяемые отдельно инертные (благородные) газы, сами по себе являются дорогостоящей продукцией.

В зависимости от района добычи, и степени отработки месторождения, в 1 тонне нефти содержится от 25 до 2500 кубометров попутного газа.

Одна из основных проблем утилизации попутного газа заключается в нестабильной динамике его дебета – в начале и в конце отработки нефтяного месторождения, объемы его добычи и его состав могут весьма сильно различаться. Начальные стадии освоения месторождений обычно характеризуются большими объемами добычи попутного газа, с преобладающей долей метана в своем составе. При длительной эксплуатации месторождения дебет ПНГ сокращается, и большая доля газа приходится на тяжелые составляющие.

Высокое содержание в попутном газе тяжелых углеводородов, делает невозможной его транспортировку на значительные расстояния или использование его в качестве эффективного топлива без предварительной подготовки.

Однако современные технологии позволяют с высокой степенью рентабельности утилизировать до 95% добываемого попутного нефтяного газа на местах.

Часть II – Экономика, экология, здоровье

Цифры ежегодных потерь попутного газа в России ужасают. И официально публикуемая статистика различных ведомств, и максимально приближенная к реальности неофициальная, заставляют серьезно задуматься даже неспециалиста.

Анализ ситуации с попутными нефтяными газами (ПНГ) в России

Сжигание попутного нефтяного газа в разрезе стран, млрд м3,
фото с Cleandex.ru

Так по официальным данным Министерства природных ресурсов и экологии РФ (МПР), из 55 млрд. кубометров добываемого в России попутного газа, лишь одна четверть (25-26%) направляется в переработку. Около 27-30% сжигается непосредственно на месторождениях. Оставшиеся 40-45% - цитата - «идут на нужды промыслов, либо списываются на технологические потери»(!) Неофициальные цифры еще хуже.

Это при том, что стандартом для нефтяных компаний в развитых странах, является утилизация 90-95% добываемого ПНГ!

Весомый вклад в становление современной отрасли по утилизации попутного газа в мировых нефтяных компаниях в свое время оказали российские специалисты, уехавшие после так называемой «перестройки» на Запад. Там они оказались востребованы со своим уровнем знаний и технологиями, а в России, увы, нет.

Бюджет России ежегодно теряет от сжигания и потерь ПНГ от 150 до 200 млрд. рублей (это только консолидированная стоимость жидких углеводородов, пропана, бутана и сухого газа, как производных при переработке ПНГ). Косвенные потери российской экономики – огромные штрафы, за наносимый ущерб окружающей среде по Киотскому договору и миллиарды долларов недополученных инвестиций. Выявить реальные цифры потерь бюджета на сегодняшний день не представляется возможным, так что с экономической точки зрения, картина крайне неприглядная.

Кроме этого, сжигание ПНГ приводит к значительным выбросам в атмосферу твердых загрязняющих веществ и ухудшению экологической обстановки на нашей планете. При «технологических потерях» и сжигании ПНГ, в атмосферу Земли выбрасывается диоксид углерода и активная сажа. В результате горения факелов, в России ежегодно образуется почти 100 млн. тонн выбросов СО2, и это еще не все. В атмосферу выделяется метан – более активный парниковый газ, нежели СО2. Объем сажи, выбрасываемой при сжигании попутного газа, оценивается приблизительно в полмиллиона тонн в год!

Сжигание ПНГ сопровождается и тепловым загрязнением – вокруг факела радиус термического разрушения почв – до 25 метров, растительность погибает на расстоянии до 200 метров. При этом, в атмосферу попадают как продукты сгорания ПНГ – окись азота, сернистый ангидрид, диоксид серы, окись углерода, так и различные несгоревшие углеводороды.

Это приводит к резкому увеличению заболеваемости местного населения раком легких, бронхов, к различным поражениям печени и желудочно-кишечного тракта, нервной системы, зрения. Очень опасными являются скрытые воздействия, последствия которых выявляются не сразу. Это снижающаяся способность людей к зачатию и вынашиванию детей, развитие наследственных патологий, ослабление иммунной системы, рост числа онкологических заболеваний.

Часть III – Ошибки переходного периода

Проблема утилизации ПНГ в России была естественным образом унаследована еще со времен СССР. Тогда упор делался на самое интенсивное освоение недр. При развитии нефтеносных провинций во главу угла ставился рост объемов добычи сырой нефти – основного источника доходов национального бюджета.

Анализ ситуации с попутными нефтяными газами (ПНГ) в России

Российский рынок утилизации попутного нефтяного газа,
фото с Cleandex.ru

Расчет делался на гигантские месторождения, крупные перерабатывающие комплексы и минимизацию издержек, в связи с чем, переработка попутного газа оказалась на заднем плане. В то же время, в крупнейших нефтяных провинциях создавались разветвленные газосборочные системы и строились гигантские ГПЗ под сырье с ближайших месторождений – последствия этой плановой экономики мы и наблюдаем до сих пор. Сделанная в советское время ставка на огромные ГПЗ не оправдала себя, реализация этой схемы утилизации ПНГ требует значительных капитальных затрат и времени и, как показывает опыт, практически всегда опаздывает за динамикой освоения самого месторождения.

Другим недостатком огромных схем является невозможность по техническим и транспортным причинам утилизировать попутный газ концевых ступеней сепариро-вания ввиду наличия тяжелых углеводородов – такой газ не может перекачиваться по трубопроводам и обычно сжигается на факелах. Поэтому даже на обустроенных газопроводами месторождениях продолжают сжигать попутный газ.

Даже в регионах, где находятся крупные ГПЗ, и существует разветвленная газосборная сеть, газоперерабатывающие предприятия стоят недозагруженными на 50 – 60%, а вокруг них горят десятки старых факелов и зажигаются новые. Обусловлено это, помимо прочего, действующими сейчас нормами регулирования в отрасли и наплевательским отношением к этой проблеме, как со стороны нефтяников, так и со стороны газопереработчиков.

В советское время развитие газосборной инфраструктуры и поставки ПНГ на переработку финансировались в соответствии с единой программой развития месторождений. После развала Союза и появления различных «независимых» нефтяных компаний, инфраструктура сбора и доставки попутного газа осталась в руках газопереработчиков, а источники самого газа, начали контролироваться нефтяниками – произошло разделение по праву собственности. Помимо этого, возникла гибельная для всей отрасли ситуация монополизма покупателя. У нефтяных компаний, по большому счету, не осталось альтернатив утилизации попутного газа, кроме как сдача его в трубу для дальнейшей транспортировки на ГПЗ. А государством были в свое время законодательным образом установлены заведомо низкие цены попутного газа на ГПЗ. С одной стороны, это позволило выжить самим газопереработчикам в тяжелый для них период, но с другой стороны, лишило нефтяные компании стимула инвестировать в строительство газосборных сетей на новых месторождениях и внедрения новых технологий переработки ПНГ на территории России.

Как это часто бывает, из временного плюса вырос в итоге огромный минус для экономики всей страны. Как результат, Россия имеет сейчас одновременно и простаивающие мощности по переработке ПНГ и тысячи факелов горящего днем и ночью попутного газа.

Часть IV – Минусы гигантов

Один из главных минусов современной российской отрасли газопереработки, доставшийся в наследство от СССР – тяга к гигантомании, уже был озвучен в предыдущем разделе. Наша российская газовая монополия – ОАО ГАЗПРОМ,  характеризуется крайне низкой управленческой эффективностью. Кроме того, выставляемая на всеобщее обозрение аффилированность, отождествление с государством, диктат в вопросах ценообразования, транспорта и логистики газопотоков, не выдерживают никакой критики ни внутри России, ни за рубежом.

Путь монополизма, как известно, заведомо гибельный путь и с экономической и с эволюционной точек зрения, а «временный период» предоставления преференций одному игроку очень сильно затянулся. Отсутствие механизма нормальной рыночной конкуренции в газовой сфере крайне невыгодно в первую очередь экономике страны, а в долговременной перспективе, это невыгодно и самому ГАЗПРОМУ.

Считается, что основные потери попутного газа формируются за счет малых и средних удаленных месторождений, доля которых в мире продолжает стремительно увеличиваться. На этих некрупных месторождениях зачастую работают и некрупные нефтяные компании – достаточно мобильные и гибкие, но ограниченные в своих средствах. Однако, более 80% от общего объема добычи попутного газа в России, приходится на 5 огромных нефтяных компаний – Сургутнефтегаз, ТНК ВР, Роснефть, ЛУКОЙЛ и Газпром нефть. У всех этих компаний огромные бюджеты, весомый административный ресурс, но их пятеро. Однако в газовой сфере, у России до сих пор только один монопольный игрок.

Тему конкурентности на российском рынке газа с огромным удовольствием поддержат и за рубежом, даже отдавая себе отчет, что этот механизм может быть запущен искусственно, в режиме «управляемого процесса». Механизм есть механизм, он запустится, и будет работать, принося реальные дивиденды экономике страны, невзирая на чье то возможное недовольство.

По всей видимости, сегодня в России назрела очевидная необходимость в альтернативе ГАЗПРОМУ, по крайней мере, для скорейшего решения глобальной для нашей страны проблемы комплексной утилизации попутного газа.

Часть V – Решение вопроса для России

В этом разделе мы не будем останавливаться на технике и всевозможных инновационных технологиях использования попутного нефтяного газа в условиях современных реалий.

Анализ ситуации с попутными нефтяными газами (ПНГ) в России

Эти технологии и самые разные ГПЗ сегодня есть – отечественные и импортные, новейшие и уже успешно работающие за рубежом, для крупных, средних и мелкий нефтяных месторождений, и этого вполне достаточно.

Проблема заключается не в отсутствии технологий как таковых, а в отсутствии самого механизма, запустив который, нефтедобывающая и газовая отрасли страны резко увеличит свою рентабельность и конкурентоспособность.

Одними только запретительными мерами, Постановлениями Правительства РФ о включении в лицензионные соглашения с недропользователями пунктов по обязательному строительству на месторождениях мощностей по переработке ПНГ, эту проблему не решить.

В периодической печати и в Интернете в последнее время стала активно обсуждаться тематика самых разных вариантов утилизации попутного нефтяного газа – ситуация действительно уже давно и сильно «запущена».

Решение этой глобальной проблемы в России, напрямую влияющей на экономику, экологию и ресурсосбережение сегодня возможно, по всей видимости, только под эгидой национального проекта.

Средства под этот национальный проект найдутся сразу, была бы проявлена воля политического руководства страны.

Уже сегодня пора прорабатывать и реализовывать идею создания нового участника газового рынка – пусть непрямого, но все же конкурента ГАЗПРОМУ. Этот альтернативный участник должен будет обладать широкой инфраструктурой, с обязательным контролем государства, с объемом финансирования, сопоставимым с ведущими мировыми аналогами (десятки миллиардов долларов) и жестко поставленным комплексом задач.

В любом случае, ставка очень велика. По подсчетам специалистов, программа эффективной утилизации российских объемов попутного газа, позволила бы ежегодно получать до 5-6 млн. тонн жидких углеводородов, до 3-4 млрд. кубометров этана, до 25 млрд. кубометров сухого газа или до 75 тысяч ГВт/час электроэнергии. Это означает сотни миллиардов ежегодно сэкономленных и заработанных рублей.

Значительное снижение нагрузки на окружающую среду, на атмосферу и климат планеты на которой мы все живем, улучшение здоровья нескольких поколений людей в денежном эквиваленте не оцениваются.

Русских Андрей



Количество показов: 712



Минерально-сырьевые ресурсы

Возврат к списку

Что бы оставить комментарий, необходима авторизация.